Частный дом
У шхер есть сила- их, островов много, они каменистые и высокие, а воздух вокруг плотный, с застывшими каплями тумана.
Острова служат местом для отдыха птицам, пролетающим половину земного шара. Они не строят гнезд, они заворожены горизонтом. На Ладоге горизонт живой, не ровный, пульсирующий, но местные его практически не замечают и не пытаются назвать.
Островитяне, как и птицы, подчиняются законам что сильнее их воли. Если на острове уже стоит старый седой сруб, его не надо убирать. А если нужно наполнить место бытом, то только бережно и фактически сакрально. Ради тонких ощущений, которые имеют большое значение. Чтобы замечать. Материалы просты, а новые вещи здесь сдержаны и обретают свое неоспоримое место. И хотя суть вещей служить людям, здесь они наоборот занимают позицию рассказчика и диктатора, являясь частью архитектуры и не боясь ее разрушить.
Дом расположен четко по сторонам света и имеет 4 входа.
Условно главным, можно назвать сквозной, расположенный на оси запад-восток, соединяющий прообраз дома (деревянный сруб с двускатный крышей) и бетонный новый павильон-клон нового архитектурного формообразования.
Дом разделен пополам на общую и приватную часть двумя объемными витражами из окаменелой соли-свидетельнице времени.
К югу и к озеру развернута общая комната, к северу и в глубину острова-ванная комната, но тоже общая.
В центре гостиной стоит печь, стол вырастает из пола, потому что избе, у каждого важного предмета есть свое определенное место и он недвижим и важен.
Здесь потолок не подшит и высоту и металлический каркас поддерживающий старые стены, как ребра большой рыбы.
В приватную зону ведет центральный коридор, освещенный окном в крыше. Тут потолок подшит, и только из кабинета можно попасть на чердак.
В кабинете важны и недвижимы шкафы из прокатной стали, и картина Владимира Вайсберга РЕПРОДУКТОР, потому что у любого уважающегосебя островитянина должно быть радио, хотя бы и нарисованное.
Анфилада ведет в мужскую часть дома, через кабинет можно пройти в спальню и далее в уборную. В женскую часть можно попасть только через центральный коридор, анфиладу здесь не случайно закрывает гостевая спальня.
Спальни симметричны и аскетичны. Это пространство особенное.
Спальни симметричны и аскетичны. Это пространство особенное.
К югу и к озеру развернута общая комната, к северу и в глубину острова-ванная комната, но тоже общая.
В ванной комнате под рукомойником окаменелое дерево, которое нашли тут же, на острове
Дом и павильон соединены стеклянным мостом, и оба немного вылетают за пределы острова, формально иллюстрируя идею свободы и замкнутости, потому что находясь на острове, только кажется что свободен-стоит Ладоге заволноваться и островитяне становятся пленниками. Камни границей материальной, а горизонт умозрительной.
Весь это проект игра, и он так же подчиняется законам мифов и сказаний, только не совестно, а материально, через пространство, положение, структуру и предметы.
Тут есть камни на перепутье, есть свет и тень, есть огонь и вода, есть волшебные помощники и волшебные предметы, развязка, осложнение, трудная задача и воцарение героя. И все это в архитектуре пространства. Которая не служит людям, а служит сюжету их жизни.
